Рецензия на фильм «Безумный Макс: Дорога ярости»
«Дорога ярости» — уникальный пример: старую франшизу не просто отряхнули от пыли и перезапустили, но сделали ещё лучше. Джордж Миллер снял самостоятельное кино почти без привязки к прошлым частям. Поэтому сиквелы и ремейки забудутся, а про этот фильм будут говорить: вот как выглядит идеальный боевик. Вот что такое визуальное повествование. Вот как надо возрождать франшизы.
Не нужно знать фильмы с Мэлом Гибсоном, чтобы включиться в «Дорогу ярости» с первых же минут. Всё, что надо, сообщают во вступлении. В мире апокалипсис. Макс, бывший коп, а ныне бродяга без роду и племени, попал в плен к сектантам, его клеймили и заковали в цепи. Так, пинком под зад, нас бросают в мир «Безумного Макса», который никогда ещё не был таким объёмным и страшным. Это вселенная обезумевших от жажды мутантов, уродов и калек. Тут всё покрыто ржавчиной и пылью, вращаются огромные шестерни и лязгают цепи. Машины тут сварены из обломков, ощетинены шипами и пулемётами. Мир пустоши жесток рабовладельцы доят молоко из женщин и кровь из мужчин вроде Макса. Для хозяев он хуже, чем раб, — он «туша», расходный материал.
А ещё этот мир безумен. Ни о каком реалистичном выживании после апокалипсиса в духе «Дороги» и речи нет — на пустошах царит дурдом. Тут не ходят ногами — мир поделён между фракциями дикарей, гоняющих на мотоциклах и багги. Тут сектанты, поклоняющиеся Несмертному Джо, мечтают попасть в Вальхаллу, где воинам подают небесные бургеры и аква-колу. Тут палят из огнемётов и возят на битву гитариста, играющего что-то тяжёлое для поднятия духа. Всего этого, конечно, не может быть в мире, где людям не хватает воды и бензина. Но безумие пустошей завораживает и заставляет поверить в себя. Оно как световые мечи и бессмертные эльфы — надо просто принять правила игры.
Долго размышлять над устройством мира не придётся. Уже через несколько минут начинается погоня, которая почти без передыху длится до самого финала. «Безумный Макс» всегда был про дорожные битвы, и «Дорога ярости» полна ими до краёв. Ревут моторы, грохочут взрывы и выстрелы, скрежещут сталкивающиеся машины, сектанты с воплем «Запомните меня!» картинно жертвуют собой.
Драйв у картины такой, что дух перевести некогда, но при этом — никакого сумбура. Неспроста «Дорогу ярости» считают шедевром визуального повествования. Камера позволяет взглянуть на происходящее с самых разных точек зрения. Ход битвы легко понять — каждое действие бойцов ускоряет или замедляет гигантскую ФУРУ> уходящую от погони. Чуть задержишься — и враги догонят, накинутся, растерзают. Гони, Фуриоза, гони!
Да, строго говоря, фильм не продолжает трилогию о Максе — он тут даже не совсем главный герой. Но для самой картины так даже лучше. Она не про Макса, а про то, за что любят фильмы о нём: про погони, битвы и безумный мир постапокалипсиса. «Дорога ярости» не очередной «ребут», а произведение, обладающее самостоятельной ценностью. Потому она и стала одним из самых влиятельных фильмов 2010-х. Ей подражают, её пародируют, её завалили «Оскарами», её признали как критики, так и простые зрители. Такому фильму не нужно кричать: «Запомните меня!» — его и так не забудут.
