Дефицит белка - Леонид Каганов
Своеобразным камертоном очередного сборника Леонида Каганова служит новелла «Попугайчики» - не фантастика, а ненавязчивая притча. К дрессировщику говорящих попугаев Карлу Иванычу приходят люди в штатском и сурово интересуются, как так получается, что его птички сразу после выборов начинают выкрикивать актуальные слоганы. Откуда, мол, ему известны заранее фамилии победителей? Уж не умеет ли он прозревать будущее? Отнюдь, господа, пожимает плечами дрессировщик, никакой мистики, сплошной расчет. Веерный метод. Я, мол, натаскиваю разных попугаев на разные фразы. И после выборов пускаю в продажу лишь правильных птичек, а неправильных отпускаю на фиг.
Каганов, если вдуматься, - тот же Карл Иваныч. Мы вряд ли узнаем, сколько его рассказов осталось за бортом и каким темам они были посвящены, поскольку в сборник 2007 года угодили сплошь отборные идеологически безупречные вещи в духе новейших политических веяний. Если уж антиамериканизм и изоляционизм, поощряемые сверху, ныне входят в моду, то отчего бы и нашему фантасту не вставить свои три копеечки?
В рассказе «Здание номер один» Каганов мимоходом изобличает американскую военщину, пытавшуюся приспособить для военных целей чудо-изобретение - прорыв в стройиндустрии. В рассказе «Флэшмоб-террор» автор издевается над американской политкорректностью, перенеся ее в грядущие века и приведя к маразму. Центральной вещью книги становится пафосная, до нервного дергунчика, «Черная кровь Трасильвании»: недалекое будущее, натовцы (читай - американцы) успели пробомбить Иран и Украину, вторглись в Румынию и установили полицейский режим. Но у борцов с оккупантами имеется секретное оружие невиданной мощи…
Конечно, и до Каганова некоторые наши фантасты успели заклеймить звездно-полосатого врага. Скажем, Вячеслав Рыбаков в романе «На чужом пиру» пресек диверсию агента ЦРУ, организовавшего убийства российских ученых. А Дмитрий Янковский в «Рапсодии гнева», прозревая скорую оккупацию Крыма штатовцами, и вовсе вложил в руки героя винтовку возмездия - чтоб, не дожидаясь прямой агрессии, мочить деятелей заокеанских миссий и фондов. На этом фоне Каганов-мститель выделяется особой кровожадностью: в финале его рассказа положительный герой поражает не отдельных американцев, но тело всей Северной Америки - аки вампира! - заточенным исполинским осиновым колом. Не слабо? Вторая цель, на которую обращено негодующее перо фантаста, - это эмиграция как явление. Куда бы ни отправлялись наши соотечественники на ПМЖ - в космос ли, в будущее ли, в виртуальную ли реальность, - повсюду их настигнет презрение автора книги. Женя, променявшая Землю на Сириус («Сирусянка»), - истеричка и просто дура. Костя, который бежит из холодной Москвы в уютное царство компьютерных теней, - малодушный капитулянт и, по большому счету, предатель («Нульгород»). В рассказе «Мне повезет» герой слишком поздно понимает, что бегство из своей эпохи - в поисках лучшей доли - было роковой ошибкой. Фантастический антураж всех рассказов намеренно сшит на живую нитку, условен, картонен, чтобы даже самый недалекий читатель раскусил все намеки и заметил все свинцовые точки над железобетонными «i».
Увы: чем сильней выпирает подтекст, тем хуже с литературой. От некогда богатой фантазии Каганова остаются ошметки. Скоропись, длинноты, небрежность, чужие фабулы... Двадцать страниц рассказа «Жесть» - перебор для одногоединственного приема (люди заменены на роботов, водка - на воду). Главный сюжетный поворот «Дела правого» (убьешь одного фюрера, ему на смену явится другой) задолго до Каганова - и с куда большим блеском - продемонстрировали Север Гансовский и Стивен Фрай. А идея рассказа «Мне повезет» взята напрокат у Леонида Леонова, Пола Андерсона и иже с ними. «Оригинальные сюжеты, яркие персонажи и неподражаемый юмор» - так аттестованы рассказы Каганова на обложке книги. Даже странно, почему в издательской аннотации остались неупомянутыми еще и гуманность автора, неангажированность и хороший вкус.
Итоговая оценка: 2 балла из 10.
