Битва за небо - Максим Сабайтис
В последнее время стиль «аниме» в нашей стране стал модным. Правда, до сих пор мало кто может сказать, в чем заключаются его характерные особенности - и что такое, например, «русское анимэ»? Жанр литературы? Особый «мультяшный» стиль повествования? Сочетание элементов фантастики и фэнтези? Или что-то еще, гораздо более неуловимое?
Кажется, Максим Сабайтис в романе «Битва за небо» первым из отечественных авторов сумел кое-что нащупать.
Во-первых, конечно же, это фантастика. Точнее, альтернативная история - действие романа происходит в 90-е годы уже прошлого XX века, но в мире, которого никогда не было.
Во-вторых, это кинематографичность, даже нарочитая мультипликационность. Герои анимешных фильмов просто обязаны переживать страшные опасности и ужасные приключения, причем эти приключения должны быть максимально зрелищными. Перестрелки из револьверов, ружей, пулеметов или, в крайнем случае, лучеметов допускаются - но лучше всего выглядят красивые поединки на мечах, желательно самурайских.
Третья, уже достаточно традиционная составляющая - это элемент «стимпанка». Так на Западе именуется направление фантастики, альтернативное киберпанку и описывающее техническую цивилизацию, основанную на предельном развитии технологий XIX века. По дорогам катят паромобили, на морях дымят паровые броненосцы, в небе кружат паровые дирижабли, в конторах щелкают дифференциальные исчислители Бэббиджа.
Любовь к стимпанку тесно связана с предыдущим пунктом - стремлением к максимальной зрелищности. Ибо для того, чтобы внушительно выглядеть на экране, техника должна быть большой, даже громоздкой, а работа механизмов - максимально наглядной. И здесь не найти ничего лучше вращающихся маховиков, размеренно движущихся кривошипов, пыхающих дымом труб и веером летящих во все стороны гильз...
Этот старомодный, несколько даже «антикварный» стиль автор «Битвы за небо» сумел выдержать с большим искусством. Собственно, альтернативное развитие мировой цивилизации началось именно с того, что на рубеже XVIII и XIX веков Мальтийский орден отправил на восток экспедицию за тайнами тибетских мудрецов. «Мальтийцам повезло. Из двадцати человек, ушедших в район Тибета, вернулось трое. Какими путями носила их судьба - нам неведомо - орден до сих пор хранит в тайне дневники членов той экспедиции, - но эта троица прибыла в Астрахань, узнала о том, что император Павел Первый стал гроссмейстером их ордена, и немедленно отправила на его имя депешу с паролем...»
Павлу тоже повезло - он окончил свои дни в глубокой старости, окруженный любовью наследника Александра. А исследование привезенного мальтийцами тайного знания привело к появлению психотехники - сложного парапсихологического искусства, сочетающего в себе телекинез, способность проникать во внутренний мир человека (например, считывая его намерения), а также способность к футуроскопии, то есть предвидению будущего. Последняя встречается наиболее редко, наименее изучена и управляема.
Наибольшее развитие получил телекинез, то есть способность управлять материальными предметами с помощью одной лишь силы мысли. И здесь автор совершил ловкий ход: именно этой способностью и обусловлен «стимпанковский» антураж. В самом деле, зачем строить летательные аппараты тяжелее воздуха, если, обладая властью над воздушной средой, несколько опытных психотехников вполне способны обеспечить абсолютную безопасность любому аппарату легче воздуха? А ведь дирижабль не только вместительнее любого наземного транспорта - он не требует дорог, то есть многократно удешевляет и упрощает перевозки.
С другой стороны, формирование незаменимой касты психотехников, вписанных в сословно-дворянскую социальную структуру, обеспечивает незыблемость этой структуры во всех странах мира. Поэтому даже в конце XX века мир сохраняет «викторианский» стиль, оставаясь поделенным между великими империями - Британской, Российской, Османской, Австрийской и Японской. Да, существует еще несколько государств - но на международной арене они не играют никакой роли. Прочим кандидатам в мировые державы не повезло: Китай оккупирован Японией, про Францию и Германию в книге вообще не сказано ни слова, а бывшие Северо-Американские Соединенные Штаты частично вернулись обратно под власть британской короны, частично оказались под протекторатом японского императора.
Еще одна важная деталь дорисовывает картину мира: психотехника несовместима с электротехникой. В присутствии человека, обладающего психотехническими способностями, перестают работать любые электрические приборы - например, так называемый «тест Яблочкова», а проще говоря, обычная электрическая лампочка. Это не мешает применять электрическое освещение, но существенно тормозит развитие техники: ведь даже карбюраторный двигатель имеет в своей конструкции электрическое зажигание!
И здесь автор великолепно воссоздал психологический образ XIX века, когда технический (да и социальный) прогресс воспринимался именно как развитие электротехники. Ну и что с того, что двигатель внутреннего сгорания может быть не карбюраторным, а дизельным - предыдущий шаг уже сделан не был, направление заглохло, и существующие дизеля остаются не более чем экзотикой.
С другой стороны, электричество - это протест против существующего мирового и общественного устройства, средство его взорвать. Поэтому существующее антифеодальное и антиимперское движение в первую очередь связано с технократами-рационалистами, предрекающими человечеству блестящее электрическое будущее - естественно, республиканское и демократическое.
Ради такого будущего все средства хороши. Вот и выходит в море пиратская подводная лодка, ведомая наследником великого американского изобретателя, безумным ученым Николасом Теслой, несущая на борту страшное всеуничтожающее оружие (не только электрическое) и названная гордым именем последнего американского президента - «Авраам Линкольн». А остановить безумных революционеров могут только русские психотехники, волей судьбы (и автора) оказавшиеся на той грани, где решается, каким быть грядущему миру.
Автор вовсе не идеализирует описанный им имперско-феодальный мир, в котором Россия ведет перманентную войну с Турцией, Япония бесцеремонно подмяла под себя оба берега Тихого океана, а Британия пытается урвать свой кусок везде, где это только возможно. Когда-то англичане любили говорить, что у Британии нет постоянных союзников, есть только постоянные интересы - а в России такое поведение характеризовали коротко и емко: «англичанка гадит». Впрочем, в романе Сабайтиса англичане своими тайными экспериментами со сверхоружием подставили прежде всего себя самих.
Но, честное слово, на фоне реальной истории XX века даже эти эксперименты смотрятся довольно безобидно, а затянувшаяся до наших дней викторианская эпоха выглядит куда приятнее, чем противостоящие ей «провозвестники свободы» - американские революционеры, поклоняющиеся лишь тому, что, с их точки зрения, является разумом, и в своем стремлении к прогрессу не скованные никакими нормами морали…
Итоговая оценка: 8,5 баллов из 10!
