Венецианский аспид - Кристофер Мур
Венецианская республика пытается втянуть весь христианский мир в новый Крестовый поход: прольётся море слёз и крови, но сундуки купцов до краёв наполнятся золотом. Кто может остановить смертоубийство, а заодно расстроить зловещие планы Яго и уберечь Отелло от фатальной ошибки? Никто, кроме шута Кармана, по совместительству — супруга царствующей королевы Англии.
Нет способа вернее убить литературное произведение, чем официально объявить его Бессмертной Классикой, Национальным Достоянием, Святыней. На глазах у моего поколения такая участь постигла многие книги, от «Мастера и Маргариты» и «Чевенгура» до сочинений Довлатова и Бродского. В англоязычном мире свои «священные коровы» - и главная из них, безусловно, Уильям наш Шекспир. Не человек, не поэт и драматург, а бронзовая статуя на пьедестале. Так и хочется схватить за грудки и тормошить, пока не задышит. Фантасты с переменным успехом занимаются этим не первое десятилетие: взять хоть Саймака, столкнувшего Шекспира с Призраком Шекспира, или Пратчетта, пристроившего к делу ведьм из «Макбета».
Но в дилогии «Дурак» известный охальник Кристофер Мур переплюнул предшественников. Шут Карман, перекочевавший из «Короля Лира» во вселенную «Отелло» и «Венецианского купца», без устали дерзит, высмеивает штампы и сыплет шуточками (преимущественно ниже пояса) - хотя сам недавно пережил утрату. Острый ум и язык - главное оружие мудрого дурака, но не единственное: в патовых ситуациях на выручку ему спешит чудовище, с которым шута связывают непростые отношения.
Как и его герой, Кристофер Мур не лезет за словом в карман - чувствительные барышни от этакой бесхитростности падают в обморок, шекспироведы багровеют от ярости, сутяги строчат доносы в компетентные органы, а профессиональные блюстители нравов упрекают автора в вульгарности. Ну что ж, не без того, - но вряд ли репутация Шекспира пострадает от пары уколов в чувствительные места.
Вердикт
Местами уморительно смешно, местами довольно плоско — и почти всегда идёт вразрез со всеми благопристойными трактовками наследия Великого Барда. Да здравствует панк-революция в шекспироведении! Тем более что и сам классик не брезговал использовать в своих пьесах смачное словечко punk.
Итоговая оценка: 8 баллов из 10!
