Рецензия на фильм «Космические яйца» | Шворц с тобой, мастер Йогурт

Вожди планеты Космобол с таким размахом строили империю, что растратили весь воздух. В результате у космобольцев есть грозный космический флот, а дышать нечем. Поэтому президент Скруб приказывает своему подчинённому, лорду Тёмному Шлему, лететь к планете Друидии, выкрасть местную принцессу Веспу и вынудить её отца обменять воздух планеты на жизнь принцессы.

Веспа как раз сбежала с собственной свадьбы, прихватив робо-дуэнью, так что негодяям не приходится долго искать будущую заложницу. Но осуществлению злодейских планов Скруба мешают герои — звёздный бродяга Одинокая Звезда и его напарник, челобака (получеловек-полусобака) по имени Блюэ. А помогает им старец Йогурт, который обучает Одинокую Звезду управлению древней энергией «шворц». И в поединке с Тёмным Шлемом в герое пробуждается Сила...


Режиссёр и сценарист Мел Брукс начинал кинокарьеру в жанре обычной комедии. Но затем он уточнил свои творческие приоритеты и стал снимать не просто комедии, а пародии на какой-либо жанр в целом или на конкретный фильм. В качестве кинопересмешника он и получил мировую известность. К 1987 году Брукс успел поиздеваться над вестерном («Сверкающие седла»), лентами о Франкенштейне («Молодой Франкенштейн»), шедеврами Хичкока («Страх высоты»), историческими фильмами вообще и пеплумом в особенности («Всемирная история, часть 1»).

Брукс продемонстрировал, кто он такой и что он умеет. И когда будущий постановщик «Космических яиц» как бы невзначай поделился идеей киношаржа на «Звёздные войны» с их создателем Джорджем Лукасом, тот сразу согласился. Более того: прочтя сценарий, он обеспечил юмористам режим финансового благоприятствования — не стал требовать компенсацию за использование саундтрека «Звёздных войн» и образов из фильма (в том числе световых мечей). Вдобавок Лукас помог команде Брукса со спецэффектами. Дуракаваляние получилось качественным и высокотехнологичным — недаром бюджет пародии оказался сопоставим с бюджетом оригинала.


Что же двигало автором «Звёздных войн»? Филантропия, замешанная на почтении к старшему коллеге? Любовь к экспериментам? Или что-то иное? Ответ на этот вопрос мы дадим чуть позже.

«Космические яйца» — это очень весёлое кино, насыщенное (даже порой перенасыщенное) шутками. Мир Лукаса у Брукса перевернут вверх дном, страшное оказывается смешным. Мрачный великан Дарт Вейдер превращается в суетливого коротышку Шлема, тайком играющего в куклы. Солдаты Империи выглядят идиотами в нелепой форме. Некоторые авторские аллюзии прозрачны донельзя, но есть и те, что уже непонятны современному зрителю без пояснений.

Впрочем, за три десятилетия киноведы и заядлые «бруксоманы» успели изучить каждую минуту фильма, собрать и прокомментировать все гэги и отсылки, найденные в картине. Досконально изучен саундтрек, включающий гимн США в необычной аранжировке и марш из «Моста через реку Квай». Найдены все эпизоды, где насмешники отсылают нас к другим фантастическим киношедеврам, от «Планеты обезьян» до «Чужого».


Популярные цитаты из фильма давно разложены по полочкам. Например, пароль «Кафка», который запускает трансформацию звездолёта в гигантскую горничную, отсылает к роману «Превращение». Фраза о «Галактике Форда» напоминает не только о машине Ford Galaxy 500, но и о «Дивном новом мире» Хаксли. Фамилия полковника-космобольца Сандурца вызывает комические ассоциации с фамилией полковника Курца из фильма «Апокалипсис сегодня». И так далее.

Отслежены, кажется, все случаи, где весёлый авторский произвол Брукса позволил не без пользы для фильма приплести туда еврейскую тематику. Тут и словообразование на основе языка идиш, и образ дедушки Йогурта — гибрид лукасовского Йоды с мудрым ребе. Кроме того, подробно описаны едва ли не все постмодернистские приёмы автора. Скажем, в кадр попадают якобы-операторы, снимающие этот же фильм, вместо героев злодеи захватывают в плен дублёров и каскадёров, а Тёмный Шлем, отыскивая сбежавших героев, использует «пиратскую» кассету с самими «Космическими яйцами».

Изученность фильма облегчает нам задачу. Можно не зацикливаться на мелочах, а сосредоточиться на главном: почему трилогия (на тот момент) Джорджа Лукаса легко превратилась в материал для пародии? Далеко не всякая кинореальность легко этому поддаётся. К примеру, «бондиана» много лет успешно защищалась от пересмешников встроенной самоиронией. Её квинтэссенцией стала «внесерийная» картина «Никогда не говори «никогда», где Шон Коннери сыграл, по сути, карикатуру на своего героя.


В отличие от «бондианы», «Звёздные войны» — как и «Властелин колец», «Матрица» и «Звёздный путь» — принадлежат к иной категории. Это киноэпос, который существует по своим законам. Лукас создал вымышленную вселенную, в которую иерархия моральных ценностей встроена с самого начала. При этом Лукас неизбежно использовал инструментарий религиозных трудов, а те не могут существовать без патетики. Сакральность здесь не приправа к готовому блюду — она вживлена в плоть произведения и извлечению не поддаётся. Сколько бы шуточных образов ни попало в свиту центральных героев (Чубакка, R2-D2, C-3PO), концентрацию пафоса они не снизят.

Мир насупленных бровей, тяжеловесной символики, Слов с Больших Букв и проникновенных монологов легко поддаётся постмодернистской деконструкции и потому непрочен. Что же делать? Как истинный перфекционист, Лукас не рискнул вытащить ни одного кирпичика из своей постройки. Но как человек трезвомыслящий и не лишённый юмора он не мог не предвидеть, что охотники найдутся. И решил доверить это дело настоящему профи.


Автор «Звёздных войн» сам выбрал Брукса в качестве яда и противоядия в одном флаконе. И не прогадал. Смех «Космических яиц» не унизил, но выгодно оттенил величие «Звёздных войн». В конце концов, культового фильма достойна только культовая пародия!