«Берсерк» Кэнтаро Миуры

Шестого мая 2021 года умер Кэнтаро Миура, подаривший нам легендарную мангу «Берсерк». Эпитет «легендарная» покажется даже скромным, если учесть, насколько сильно история о мести мечника Гатса, которую автор так и не успел закончить, повлияла на современную культуру. И дело не только в огромном количестве отсылок — само представление о жанре тёмного фэнтези в восточной поп-культуре сложилось во многом благодаря «Берсерку». Это сложная, многогранная и уникальная вещь, судьба которой теперь повисла в печальной неопределенности. Чтобы почтить память выдающегося мангаки, вспоминаем «Берсерк» от начала и до конца во всём его мрачном величии.

---

Кэнтаро Миура достаточно рано начал сочинять истории. Свою первую мангу Miuranger он нарисовал для одноклассников, когда ещё учился в начальной школе в 1976 году. Ни одной её копии не сохранилась — опубликована она была лишь в школьной газете. Miuranger рассказывает об одноимённом супергерое, имя которого образовалось благодаря слиянию фамилии автора и слова «рейнджер».

Часто за Miuranger принимают другую раннюю работу Кэнтаро Миуры — постапокалиптическую NOA, чей пролог вышел в 1985-м. Правда, истории не удалось завоевать успех, поэтому дальше пролога дело не зашло. NOA— одна из первых официально опубликованных работ Миуры, потому некоторые уверены, что это самая первая манга автора в принципе. В ней рассказывается о мире, пережившем ядерную войну. Главный герой, киборг с библейским именем Ной, встречает девушку по имени Ангел, с которой отправляется путешествовать по руинам старого мира. Идея, что даже после конца света надо сохранять человечность — центральная для этой истории, — ещё не раз встретится в произведениях Миуры.

Вторую работу Миуры долго ждать не пришлось. Мангу Ken e no Michi («Путь к мечу») он создал всего через год после Miuranger — в 1977-м. Затем на протяжении пяти-шести лет школьник активно экспериментировал с рисунком, освоив для этого художественную тушь, которая была стандартом для комиксов и манги. В старшей школе Миура продолжил оттачивать навыки и научился мастерски применять несколько профессиональных техник рисунка, с помощью которых свои истории создавали уже состоявшиеся творцы.

Тогда же Миура всерьёз задумался о карьере мангаки. В этот период он регулярно издавал небольшие ваншоты в школьных газетах и сдружился с Мори Кодзи, будущим автором «Священной земли», «Острова самоубийц» и ещё нескольких серий. Миура и Кодзи попытались добиться, чтобы их совместную научно-фантастическую мангу опубликовали в журнале, однако работу отвергли редакторы.

Впрочем, в скетчбуке Миуры лежал один примечательный рисунок. На нём чёткими линиями, будто автор полировал набросок не один день, была изображена группа фей и мрачный воин с огромным мечом. Именно этот рисунок положил начало «Берсерку».

---

Иронично, но, когда Миура выбирал название для своей новой манги, он почти ничего не знал ни о воинах-берсерках из древнескандинавской мифологии, ни о развитии характера Гатса. Вероятно, как часто бывает с японскими авторами, мангаке просто понравилось красиво звучащее иностранное слово. То же самое, кстати, касается и имени Гатс.

Образ самого мечника родился под влиянием серии фильмов «Безумный Макс». Их герой, переживший личную трагедию, путешествовал по постапокалиптической Австралии, не преследуя никаких высоких целей и в основном встревая в конфликты лишь из-за своей буйной натуры, что приводило к ещё большим трагедиям. Миуре приглянулся этот герой,который иногда казался зрителям абсолютно сумасшедшим.


С истоками сеттинга всё уже не так очевидно. Сейчас многие называют «Берсерк» эталоном тёмного фэнтези, только вот сам Миура вдохновлялся фэнтези вполне классическим. И не японским.

В те годы в Японии были популярны научная фантастика и постапокалипсис, которые считались более «взрослыми» и зрелыми жанрами. Собственно, именно поэтому совместный проект Миуры и Кодзи был научно-фантастическим — они просто следовали трендам. Примером же японского фэнтези была серия ролевых игр Dragon Quest (1986), явно рассчитанная на детскую аудиторию.

Что до «Берсерка», то при его создании Миура ориентировался на фильм «Конан-варвар» с Арнольдом Шварценеггером, на «Сагу об Элрике» Муркока и «Властелина колец» Толкина. И хотя в те годы уже начинал выделяться отдельный поджанр гримдарка (первый роман Глена Кука о Чёрном Отряде вышел в 1984-м), Миура считал, что мрачность и трагичность присуща всему фэнтези.

Впрочем, и на японскую культуру Миура всё-таки опирался. Так, сам автор называл одним из главных источников вдохновения серию коротких фэнтези-романов «Сага о Гуине». Она рассказывает о приключениях Линды и Лемуса — единственных выживших из королевской семьи государства Паллос, павшего под атакой империи Монгория. На их защиту встаёт воин с головой леопарда Гуин, который пытается вернуть себе память и понять, кто же он на самом деле.

«Берсерк» был бы другим и без влияния другой знаменитой манги — постапокалиптического приключения «Кулак Полярной звезды» от сценариста Ёсиюки Окамуры и художника Тэцуо Хары. Кэнтаро считал её чуть ли не центром всей манга-индустрии — и отчасти был прав: в 1980-х «Кулаком Полярной звезды» вдохновлялись практически все, включая, к слову, Хирохико Араки, автора «Невероятных приключений ДжоДжо».

Но если «Кулак Полярный звезды» — довольно очевидный источник вдохновения, то влияние на «Берсерка» жанра сёдзё, то есть историй, рассчитанных на девушек-подростков, может кого-то сильно удивить. Тем не менее Миура называл среди источников вдохновения аниме «Роза Версаля» и «Бей эйс!», откуда он почерпнул идею максимально экспрессивного выражения эмоций, чтобы переживания персонажей находили более сильный отклик у читателей.

Миура вообще черпал из самых разных источников. Сам мангака в разное время говорил, что на «Берсерк» повлияли «Звёздные войны», манга «Жестокий Джек» Го Нагаи, роль Рутгера Хауэра в «Крови и плоти» и многое другое. А некоторых персонажей Кэнтаро вообще частично списал со своих знакомых.

Как говорил сам мангака, если автор не может превратить свою или чужую жизнь в захватывающую историю, то и творить ему не стоит. В том числе поэтому он находился в постоянном поиске вдохновения. Это объясняет эволюцию «Берсерка»: хотя он не выходил за рамки изначального жанра, его настроение и атмосфера постоянно менялись. И при этом манга оставалась совершенно самобытной и не похожей ни на какое другое произведение.

---

«Берсерк» появился на свет в 1988 году в виде 48-страничного ваншота. Сюжет прототипа крутился вокруг мечника Гатса и эльфа Пака, только вот в деталях история сильно отличалась от той, которую впоследствии узнали во всем мире. Даже самого Гатса Миура изобразил в ваншоте несколько карикатурным и куда более разговорчивым. Впрочем, потенциал был виден уже тогда. Мангака изначально нацелился на масштабный сюжет о мести, ради которой человек, однажды потерявший всё, готов отвергнуть целый мир и сам превратиться в монстра. О жертве, которая не должна была выжить и теперь скитается по миру, ведомая лишь яростью. Только в прототипе Гатс мстил монстрам-апостолам не за товарищей, а за погибшую семью, и при этом его врагом был небезызвестный Влад Цепеш. Ваншот позволил Миуре отточить сценарное и художественное мастерство, а заодно окончательно сформировать основные идеи «Берсерка».

Полноценный выпуск «Берсерка» в привычном нам виде начался в 1989 году, и манга сумела покорить читателей с первой же главы. Помните негласное «правило трёх серий», популярное среди любителей сериалов, — если у шоу не получилось зацепить вас за три эпизода, просмотр можно спокойно бросать? Миуре в «Берсерке», чтобы захватить внимание читателя, понадобилось всего три страницы первой главы.


Манга начинается с эпизода, в котором мечник, покрытый шрамами, занимается сексом с привлекательной девушкой. На первой странице девушка начинает превращаться в ужасного монстра. И уже на следующем развороте мы во всех подробностях видим, с каким чудовищем герой вступил в контакт. Только его это нисколько не смущает — далее нам показывают, как он направляет пушку, спрятанную в руке-протезе, прямо в рот существу, готовясь убить его одним выстрелом.

Казалось бы, обычная для брутального тёмного фэнтези сцена, только вот в «Берсерке» она сразу обрисовывает настроение будущей истории. Миура за несколько страниц создаёт образ сурового мечника Гатса, которого смертельная опасность может настичь в любой момент. Воин всегда готов к столкновениям, он не расслабляется даже в минуты близости, а убийство для него — рядовое дело.

Заодно первый разворот раскрывает мастерство Миуры как художника. Дизайны монстров в «Берсерке» — одна из сильнейших сторон манги. Автор сплетает в их образах средневековые мотивы, черты всевозможных мифологических существ и хоррор-гротеск, из-за чего каждое чудовище врезается в память. Даже противников, которые появляются всего в нескольких кадрах, мангака наделяет уникальным обликом.

Первые три тома «Берсерка» можно считать вводными. В них Миура рассказывает нам о мире, вдохновлённом жуткими средневековыми легендами, а заодно помогает привязаться к главному герою. Точнее, не привязаться, а привыкнуть, потому что поначалу хоть какие-то положительные эмоции к Гатсу испытывать трудно. Он неприятный циничный тип, а в сражениях напоминает чудовище сильнее, чем все его жуткие враги.

Создатель «Берсерка» отлично понимал, что подобный герой может оттолкнуть многих читателей, и потому сразу ввёл в историю эльфа Пака — главного комического персонажа манги. Пак подшучивает почти над каждым действием Гатса и старается подвигнуть его на добрые поступки.

Через контрастный дуэт Пака и Гатса мы наблюдаем за безрадостным миром, в котором люди частенько оказываются хуже любых монстров. При этом Миура постоянно намекает, что мечник не от рождения такой отстранённый. Многие детали говорят, что в прошлом с ним случилось нечто ужасное, но быстро рассказать об этой трагедии не получится. Для Миуры первые томики «Берсерка» были лишь прологом. И это с учётом того, что в них есть свои антагонисты, сюжетные повороты и драмы, которых другим авторам могло бы хватить для вполне законченного произведения.

Настоящее же действо начинается в последней главе третьего тома — в арке «Золотой век», одной которой оказалось достаточно, чтобы «Берсерк» навсегда вошёл в историю.

---

«Золотой век» — первое, с чем ассоциируется «Берсерк», да и творчество Миуры в целом. Многие фанаты познакомились с миром «Берсерка» благодаря удачному сериалу 1997 года, снятому по этой сюжетной арке. Она служит отличной точкой входа в мир манги: именно здесь показано становление Гатса как Чёрного Мечника. А ещё рассказывается о судьбе второго важного персонажа — Белого Сокола Гриффита, самого близкого друга Гатса, ставшего в итоге его заклятым врагом.

«Золотой век» настолько отличается от остальной манги, что даже к жанру тёмного фэнтези его можно отнести лишь условно: сверхъестественные события и толпы жутких монстров начинают активно участвовать в повествовании лишь ближе к концу арки. До этого же история Отряда Соколов, членом которого становится Гатс, напоминает скорее средневековые рыцарские романы. Тут есть отважные благородные наёмники, лицемерное и алчное дворянство, прекрасные принцессы, завоевания, дворцовые интриги и, конечно, сражения.

Миура блестяще изображает средневековые битвы, в которых победу приносит не грубая сила или зашкаливающая ярость, а хладнокровие и адекватный анализ ситуации. Отряд Соколов — это, по сути, группа не самых выдающихся воинов, но благодаря полководческому гению Гриффита наёмникам удаётся одерживать победу за победой.


Гриффит, в отличие от Гатса, располагает к себе с первого же появления. Его утончённая, даже нежная внешность резко контрастирует с лидерским характером. Гриффит одинаково хорош и среди знати во время дворцовых празднований, и в пылу сражений. На его фоне Гатс, которого ещё не охватила всепоглощающая жажда мести, кажется невзрачным, почти блёклым. Но основной сюжет арки как раз посвящён развитию характера мечника и его отношений с Гриффитом.

Ирония в том, что герои сами взрастили друг в друге злейших врагов. Гриффит помог Гатсу понять, что такое мечта и настоящая дружба, — раньше тот жил от битвы к битве, не доверяя никому и не думая о будущем. Но когда мечник наконец-то задумался о смысле жизни, то понял, что больше не хочет слепо идти за чужими желаниями. И, пытаясь следовать своим новоявленным идеалам, бросил Гриффита.


Ещё одно важное действующее лицо арки — Каска, единственная женщина-воин в Отряде Соколов. Гатса и Каску связывают сложные отношения: девушка сначала презирает его и во всём ориентируется на Гриффита, но постепенно проникается уважением к мечнику и начинает ему доверять. И эта сюжетная линия выявляет ещё одну ключевую черту Гриффита — он не любит, когда у него что-то забирают.

В итоге раскрытие личности Гриффита оказалось прямо противоположным раскрытию Гатса. Чёрного Мечника Миура изначально изобразил неприятным читателю, но со временем — и в особенности в «Золотом веке» — мы начинаем лучше понимать его переживания и проникаемся к нему сочувствием. Гриффит же, изначально казавшийся воплощением благородства, постепенно раскрывает свою истинную натуру — лицемерную, эгоистичную и алчную. Для него все вокруг лишь инструменты для достижения мечты. А мечтает он ни много ни мало о собственном королевстве.

Как далеко человек может зайти ради достижения своих целей — и так ли нужны они ему на самом деле? Этот вопрос Миура исследует через Гатса, человека без каких-либо высоких стремлений, который в определённый момент задумывается о подлинных причинах своего существования. Чтобы найти нужные ответы, мечник покидает Отряд Соколов — единственное место в мире, где ему всегда были рады. Перед этом он сходится в поединке с Гриффитом, побеждая его. И этот поступок оборачивается трагедией.


Гриффит, не в силах смириться с поражением на дуэли, пытается утешиться в объятиях принцессы Шарлотты и лишает её невинности. Это приводит в ярость короля Мидленда: он объявляет Отряд Соколов преступниками, а самого Гриффита обрекает на кошмарные пытки. Спасают его лишь через год — причём благодаря вернувшемуся Гатсу. Но к тому моменту тело и разум Гриффита уже сломлены.

У него остались только две вещи — ставшая неосуществимой мечта о королевстве и ненависть к Гатсу, который в его глазах без сожалений бросил товарищей. И в момент, когда Гриффит уже готов покончить с жизнью, его сам находит бехерит — артефакт, некогда предрёкший ему судьбу правителя всего мира. Активация бехерита приводит к Затмению, и это, пожалуй, один из самых шокирующих моментов манги.

Затмение раскрывает подлинную сущность Гриффита и позволяет ему стать демоном, которые во вселенной «Берсерка» называются апостолами, а заодно занять единственное свободное место в Деснице Господней — пятёрке самых могущественных апостолов, стоящей над всеми остальными. Но для этого он должен пожертвовать всем членами Отряда Соколов. Гриффит без раздумий соглашается — и начинается настоящая резня, во время которой демоны из астрального мира медленно и мучительно убивают всех товарищей Гатса. Во время Затмения Миура не стеснялся показывать максимально жестокие сцены, из-за которых тринадцатый том, по словам президента издательства Hakusensha Кадзухико Торисимы, до сих пор вызывает мурашки у редакторов «Берсерка».

Именно после Затмения мир, в котором происходит действие, обретает черты привычного нам тёмного фэнтези. Миура с особой циничностью показал, насколько безразличными к другим могут быть люди и какие страдания они способны друг другу причинить. В тринадцатом томе «Берсерк» достиг такого накала страстей, что, казалось, это его вершина. Но дорога Гатса только начиналась.

---

После окончания «Золотого века» у Гатса остались другие незавершённые дела, помимо мести Гриффиту. Связаны они с Каской, которая сошла с ума после Затмения. Герой оставил её на попечение знакомому кузнецу Годо, но девушка сбежала. Гатс пускается на её поиски, а потом, чтобы попробовать вернуть ей сознание, отправляется в опасное путешествие на другой конец света.

Подобный ход позволил Миуре не сковывать себя рамками сквозного сюжета и активно экспериментировать. К примеру, арка о пропавших детях вышла почти детективной и напоминает истории о «большом зле в маленьких поселениях», а последняя сюжетная линия, рассказывающая об острове эльфов, пропитана духом классических сказок. То есть заскучать «Берсерк» не даёт.

Впрочем, некоторые фанаты считают, что после «Золотого века» качество истории начало постепенно падать. По их мнению, из мрачного фэнтези путешествие Гатса постепенно превратилось в «лёгкую» сказку в духе всё той же Dragon Quest, от которой сам мангака хотел поначалу отойти. Только вот подобные обвинения свидетельствуют лишь о том, что некоторые фанаты слишком зациклены на внешних признаках тёмного фэнтези, при этом игнорируя саму суть «Берсерка».


Ведь во многом история Гатса рассказывает о попытках преодолеть разъедающую изнутри злобу, которая вредит человеку и его близким сильнее, чем объекту ненависти. С течением времени характер Чёрного Мечника смягчается, и это свидетельствует о том, что путь мести не приводит ни к чему хорошему. Но и сойти с него просто так не выйдет: Гатс меняет свои взгляды на мир далеко не за одну главу, и всё равно от некоторых старых привычек он уже никогда не избавится. Однако Миура показывает, что, даже если ты потерял всё, можно попытаться начать жизнь с чистого листа.

Осуждение мести существует не только на уровне подтекста — в манге есть образы, явно работающие на эту идею. Так, Доспехи Берсерка, которые в какой-то момент получает Гатс, даруют владельцу огромную силу, позволяя на равных сражаться с самыми опасными апостолами. Но при использовании Доспехов воин не может контролировать себя, к тому же они причиняют носителю вред и могут привести к смерти от кровопотери. Выходит, что Доспехи Берсерка — это метафора разрушительной злобы.

В «Берсерке» каждый из компании Гатса старается принять суровый мир вокруг, пускай это и требует огромных усилий. И речь не только о подавлении ярости — Миура старается охватить весь спектр сложных человеческих эмоций. Так, Фарнеза воплощает в себе высокомерие и надменность, на смену которым приходят смирение и желание узнать больше о мире. А бахвальство и безрассудность Исидоро постепенно сменяются настоящей отвагой.

Так что в какой-то мере «Берсерк» учит ещё и искать спокойствие в тревожные времена — а также мириться с недостатками других людей. Этим обусловлены позитивные сдвиги в характерах героев, их окружении и самом настроении истории. Да и источники вдохновения Миуры менялись с годами, потому закономерно, что одним тёмным фэнтези в своей главной манге он не ограничился.

Так или иначе, даже те, кому не нравилась изменившаяся атмосфера, не могли не признать: год от года манга становилась всё краше. Художественное мастерство Миура со временем росло, а с помощью ассистентов он вообще научился создавать панели, которые не уступают классическим произведениям искусства.

Впрочем, всю основную работу Кэнтаро всегда выполнял самостоятельно, создавая абсолютно все фоны и персонажей. Мангака одинаково прекрасно рисовал людей, монстров, пейзажи, жестокие сражения и абстрактные сцены. Так что «Берсерк» доставляет удовольствие одним своим визуальным стилем.


Сеттинг в манге постоянно обрастал новыми подробностями — мир вокруг Гатса с компаньонами не стоял на месте. Миура постоянно рассказывал о военных конфликтах и политических интригах, непосредственно влияющих на ситуацию в Мидленде. В какой-то мере все препятствия на пути Гатса — последствия более масштабных событий, произошедших где-то в другой части королевства.

Расширить вселенную «Берсерка» помогала и концепция других миров. Многие монстры, фигурирующие в манге, пришли из параллельных реальностей, а Гатс и Каска из-за поступка Гриффита существуют словно в двух мирах сразу, потому и приманивают чудовищ. Но подробности о сверхъестественных аспектах своего мира Миура строго дозировал — он явно рассчитывал создать историю, которая будет выходить долгие десятилетия. Разве что ближе к последним главам мангака начал более щедро делиться нюансами мироустройства. И всё-таки многое теперь предстоит додумывать самостоятельно.

Однажды такой подход привёл к интересной ситуации. В восемьдесят третьей главе мангака ввёл в сюжет Идею Зла — высшее существо и своеобразного бога вселенной «Берсерка». Этим фактом Миура подчеркнул, что в будущем Гатсу предстоит столкнуться с самим мирозданием, которым движут вовсе не благие мотивы. Только в последующие издания «Берсерка» эта глава не вошла. Автор посчитал, что слишком рано ввёл в историю Идею Зла и раскрыл важный элемент сюжета. Заодно Миура подумал, что, если он раньше времени покажет бога, это ограничит потенциал истории. С тех пор Идея Зла больше не появлялась в манге. При этом её каноничность автор не отрицал, так что, возможно, она должна была повлиять на концовку.

К слову о боге: религия — ещё одна важная тема «Берсерка». Людей веры Миура в основном изображал жадными и лживыми, жаждущими лишь власти. И идею бога они использовали только для управления простым народом, которого и так измучили войны и бедствия. Настоящее благо Кэнтаро видел в добре, которое не привязано ни к каким социальным институтам. Даже в жестоком мире «Берсерка» люди часто способны на бескорыстные поступки — не высокопоставленные рыцари или священники, а простые люди. И такое добро всегда берёт верх над ненавистью, даже если она исходит от сильнейшего существа в мире.


В мире «Берсерка» оставалось ещё множество тайн, а Миура не забывал регулярно подкидывать новые вопросы. Конфликт Гатса и Гриффита так и не успел достичь кульминации: дороги героев слишком далеко разошлись. При этом Миура в одной из последних прижизненных глав сумел подвести к развязке другую важную сюжетную линию — безумие Каски. И в этом есть некий символизм: возможно, в концовке «Берсерка» вовсе и не было бы никакого итогового сражения протагониста и антагониста. Главный герой предпочёл мести помощь близким — и потому даже история, оборванная на полуслове, оставляет приятное послевкусие. Как будто автор всё-таки сумел донести главную мысль, которую стремился выразить все эти годы.

---

В 2006 году публикация «Берсерка» впервые ушла на продолжительный перерыв. Сам Миура говорил, что связано это с желанием нарисовать все фоны и сражения максимально подробно и красиво. В результате главы «Берсерка» выходили всё реже, порой всего по две в год вместе стандартных двенадцати. А в одном из последних интервью Миура признался, что больше не хочет расширять сюжет «Берсерка» и в будущем планирует сконцентрироваться на Гатсе и Гриффите.

Увы, задуманное он так и не смог осуществить.

Но и в незаконченном состоянии «Берсерк» уже давно считается классикой манги и регулярно попадает в разнообразные списки лучших из лучших. К примеру, в 2007 году он занял 25-е место в списке лучшей манги всех времён по опросу Министерства культуры Японии. А в 2002 году Миура получил специальную награду Культурной премии имени Осаму Тэдзуки за выдающиеся достижения в искусстве.

«Берсерк» вдохновил создателей многих других произведений. Во многом тут помог Гатс: мрачный воин с огромным мечом в руках оказался очень запоминающимся образом. Именно благодаря ему появились Клауд Страйф из Final Fantasy VII и Данте из серии Devil May Cry. Хидеаки Ицуно, геймдизайнер последних частей Devil May Cry, создавал мир пятой части с опорой на «Берсерка». Даже некоторые названия заимствованы оттуда: например, Клипот — это эфирный мир в «Берсерке», и точно так же названо дерево из Devil May Cry V, играющее центральную роль в сюжете игры.

Но, конечно, самый популярный последователь Миуры — Хидэтака Миядзаки, создатель серии игр Souls. Очень многие элементы Dark/ Demon’s Souls и Bloodborne были придуманы как раз под влиянием «Берсерка». Оружие, боссы и сам мир Souls мог бы выйти совсем другим, не проникнись однажды Миядзаки путешествием Гатса.

В любви к «Берсерку» признавались и другие мангаки — например, Хадзимэ Исаяма («Атака на титанов») и Кадзуэ Като («Синий экзорцист»). Первого впечатлил эмоциональный накал истории Гатса, а вторую — яростные битвы. А создатель «Человека-бензопилы» Тацуки Фудзимото в одном из интервью признался, что придумал дизайн Ада для своей работы под влиянием Затмения из «Берсерка».

В четвёртом сезоне «Кастлвании» от Netflix тоже спрятали отсылку к творению Миуры. Чёрный доспех Стриги создали на основе Доспехов Берсерка — об этом говорили сами аниматоры. А режиссёр мультсериала Сэм Дитс однажды даже заявил, что хотел бы снять новую анимационную адаптацию «Берсерка».

Само собой, «Берсерка» пытались адаптировать в разных форматах. По манге есть целых три аниме, но последнее лучше не вспоминать из-за посредственной компьютерной графики. Также по ней выпускали видеоигры — и для вышедшего в 1999-м экшена Sword of the Berserk: Guts’ Rage Миура даже написал сценарий и нарисовал концепты новых персонажей. Расширить канон манги постарался сценарист Макото Фуками в ранобэ Berserk: The Flame Dragon Knight, иллюстрации к которому нарисовал лично Миура. И это не считая огромного количества артбуков, фигурок и сопутствующих товаров.

К маю 2021 года суммарное количество проданных томов «Берсерка» составило S0 миллионов, что сделало мангу одной из самых успешных в мире. И даже если её никто так и не продолжит, свой вклад в мировую культуру она уже сделала — да такой, что влияние «Берсерка» мы все будем ощущать ещё очень долго.



Кэнтаро Миура не был публичной персоной. Информацию о нём можно почерпнуть в основном из интервью и комментариев к «Берсерку». Ясно одно: этот человек всегда жил творчеством и отдавал ему всего себя.

В «Берсерке» Миура воплотил свои переживания, а по эволюции сюжета можно проследить, в каком состоянии находился автор, когда его создавал. История Гатса рассказывает о попытках переступить через себя и попросить о помощи, когда жизнь становится невыносимой. Быть может, чего-то подобного хотел и сам Миура — это можно предположить, исходя из его немногочисленных комментариев к манге: с годами они становились всё депрессивнее, а речь в них всё чаще заходила о проблемах со здоровьем. Но теперь всё, что нам осталось, — ценить его наследие и нести его сквозь время.